Играть всю жизнь?

0

 

Мы не потому перестаем играть,

что постарели, — мы стареем,

потому что перестаем играть.

Джордж Бернард Шоу

Моя история началась, когда мне было всего 4,5 года, ходила я в детский садик, любила играть со своим резиновым котенком, слушалась родителей и совсем-совсем не задумывалась о том, кем же стану во взрослой жизни.

Мне нравились самые простые развлечения: резиночка (ах, как досадно было, когда старшие девчонки прыгали выше!), классики (тут я могла дать фору любой второклашке) и прятки (о, моя вечная спасительница крапива ! Только благодаря тебе, о колючая, меня крайне долго искали: никому не хотелось жертвовать своими голыми коленками!) Детство мое золотое!..

Беззаботная жизнь кончилась в тот самый миг, когда в гости к маме пришла одна очень умная тетенька и спросила меня: “Деточка моя, а ты уже решила, кем будешь, когда вырастешь?” Мир рухнул. Ведь до этой самой минуты я и не подозревала, что мне необходимо делать столь сложный выбор. Думала я целую неделю, приставала с расспросами к маме, папе и бабушке, с умным видом терроризировала соседей, опросила всех своих дворовых друзей, собирая информацию на тему ” кем быть”.

В итоге выход был найден, и в день, когда маму снова навестила та самая дама, я подошла к ней и с гордостью заявила : ” А я теперь знаю, КЕМ стану, когда вырасту! Сначала я буду октябренком, потом – пионеркой, потом – комсомолкой!”. “А потом?” – со снисходительной улыбкой спросила гостья. “А потом?! Потом я буду в зоопарке за мартышками ухаживать!” – триумфально заявила я. По реакции мамы было заметно, что она чрезвычайно счастлива!..

Прошло два года. Моя лучшая подружка уже училась во втором классе и с гордостью рассказывала ребятам во дворе, что станет учительницей. Мне, первоклашке, казалось, что это ужасно сложно и ответственно и я потихоньку завидовала ее уверенности в собственном будущем. Сама я по-прежнему любила прыгать на резиночке, но к моим девчачьим увлечениям добавился азарт: дворовые мальчишки все чаще и чаще стали звать меня стоять вратарем на воротах: мяч я ловила лучше многих из них…

Новое потрясение подкралось ко мне незаметно: оказалось, что теперь, мне, школьнице, не положено так много времени уделять горячо любимым мною “Казакам-разбойникам” и “Хали-хало”. Теперь мне нужно было учиться, учиться и еще раз учиться! Что ж, решила я, раз неучам в нашей стране не доверяют уход за мартышками в зоопарках , придется мне чаще сидеть за книгой, нежели “гонять собак” во дворе с друзьями. Плюс нашелся быстро: я полюбила читать, и теперь из любой нашей игры могла сделать вкусную конфетку. Весь двор под моим чутким руководством стал щеголять в самодельных травяных костюмах, потому что “именно так положено”, а практически в каждой игре появились новые, не по-детски лихо закрученные сюжеты.

Десять школьных лет пролетели быстро. Я поступила на один из самых престижных факультетов нашего универа – на иняз. Мучилась я там целых два года, пока не поняла, что это не мое. Мне не хватало яркости, действия, сказки! Вот и сбежала я на заочную форму обучения филологического факультета, параллельно начала работать. Попробовала себя в разных ролях: была корректором в газете, смотрителем-хранителем музея, социальным педагогом в училище и даже продавцом в мебельном магазине. Но все это было совсем, совсем не то.

Жизнь шла своим чередом, появился сынишка. Два первых года после его рождения вспоминаю как сказку. Мы могли с утра уйти гулять в осенний парк, собрать там ворох листьев и про каждый листочек сочинить историю – как он родился, вырос, почему улетел с родного дерева. (Сочиняла, конечно, я, а мой сын внимательно слушал и бойко аплодировал, когда ему особенно что-то нравилось…).

Дома любимым местом развлечения была ванная: я усаживала свою обезьянку в воду, сама садилась на стульчик у бортика, и мы строили на головах друг у друга пенные короны. Отмывала я всю эту радость порой до глубокой ночи. Но оно того стоило: ведь днем радостный визг – мой и сынульки – стоял до пятого этажа (простите меня, дорогие соседи)!

А однажды я предложила своему мальчику пальчиковые краски, да и сама забылась… Когда с работы вернулся наш папа – о! что же он увидел! – на кухне снежно-белый в прошлом холодильник сверкал радужным многоцветьем, висящие в коридоре лосиные рога мерцали яркими огнями, папин набор машинных инструментов – очень неосмотрительно оставленный им в незапертом шкафчике – был аккуратно украшен отпечатками детских желто-синих ладошек, а на полу повсюду виднелись розовые следы маминых ног! Детство золотое!..

Путевки в садик нам не досталось, а денежный вопрос стоял чрезвычайно остро, вот и решила я попроситься в детский сад на работу – и сын пристроен, и деньги не будут лишними. Нас взяли.

В первый день на работу шла, честно признаюсь, с дрожью в коленках: в группе не один ребенок, а целых двадцать! Да еще и ЧУЖИХ! Что я буду с ними делать?! Вот тихий час подходит к концу. Встаем. Один рыдает в голос: надо маму. Второй описался. Третий уже с четвертым дерется, а пятый льет на шестого свой компот. Мама дорогая! Куда я попала!? Как за ними всеми углядеть? Да еще и развлечь надо, а завтра с утра еще и два занятия провести! Всю свою смену – ту, первую – прыгала от одного к другому с квадратными от ужаса глазами. В голове билась одна-единственная мысль: только бы вас всех, деточки, поскорее сдать вашим родителям без травм и слез! Вечером дома почти час просидела в ванне, рыдая в тридцать три ручья… Как давно это было …

…Сейчас у меня старшая группа. В прошлом году, помню, зимой на прогулке вздумали покататься с горки. Они ездят, как семейство неуклюжих медвежат, радуются, визжат, толкаются. А я стою около веранды, после вчерашнего педсовета отойти не могу: заданий надавали – море, рой мыслей так и жужжит в голове, а когда и как все это в жизнь воплотить – ума не приложу. Стою, чуть слезы не катятся. Вдруг Сашулька ко мне подъезжает и кричит: “Поехали с нами! Там у нас весело!” Ну как ей отказать! Пошла. С четвертой попытки взобралась вместе со своими каблуками на заледенелую (мы ее водой замечательно облили) горку, села на ледянку, поглядела на своих красавчиков. Стоят вокруг стайкой, глазенки у всех хитрющие, ждут , что дальше будет. А я, как краб, всеми четырьмя в вершину горки вцепилась, балансирую, съехать не могу. Медвежатки мои, гляжу, ко мне ползут, оттолкнули – покатилась воспитательница. Доехала аж до дверей веранды, встала, думаю, маловато одного раза. Пошла на второй заход, а малышня моя и рада. Поехали с Сашулькой – проказницей вдвоем – щеки, чувствую, загорелись. После третьего и четвертого раза проблемы остались где-то на задворках сознания, в глазах – восторг, каждой клеточкой чувствую счастье беззаботности! На двадцатый или тридцатый раз съехали мы с ребятками уже всей кучей с горки, лежим внизу, встать не можем, хохочем-заливаемся. Вдруг бежит к нам из-за забора незнакомая женщина, кричит мне: “Что с вами? Вам плохо??” “Ничего не случилось, – отвечаю, поднимаясь, – с горки мы катаемся!” “Господи, – говорит, – я и не думала, что взрослые люди такими сумасшедшими бывают!” А у самой – улыбка на лице широченная.

…Ложимся спать. Максим прыгает на кровати, как мартышка, Ксюша на всю спальню жалуется на злую кошку, которая ей вот эту страшную царапину на руке оставила, остальные галдят… Как же унять моих деточек?.. “А не рассказать ли вам, хорошие мои, – спрашиваю низким голосом, – страшную побасенку?..” “Рассказать!” – кричат все хором. Вспоминаю одну из бабушкиных сказок, рассказываю… Под конец говорю уже тихо-тихо: половина почти спит. Для оставшихся есть и сюрприз – сон, только чтобы приманить его, нужна ти-ши-на… Раскрываю сжатую ладошку, дую на нее – и сон летит под подушку к тем деткам, которые глазки закрыли…

…Но самое мое любимое время – Новый год! До сих пор письма Деду Морозу пишу, не смейтесь!.. В чудо надо верить – и тогда оно обязательно сбудется! Да мы, воспитатели, и сами волшебницы! Еще какие! Я и сказочной Кошкой бывала на зимнем празднике, и Домовенком Кузей, и застенчивым Медведем, и врединой-Чертиком! Ах, какое же было удовольствие после утренника вернуться в образе рогатого – хвостатого Чертяки к своим детям в группу, увидеть их счастливые личики! Да и родители, приходя забирать своих чад, охотно включались в игру, и обращались ко мне не как к воспитателю, а как к волшебному существу. Одна мама даже попросила хвост у Чертика погладить “Если, конечно, Чертик не обидится”.

Много раз звали меня в школу работать… Не пробовала, но думаю, что не смогу!.. Не сумею я строго вести урок, не надевая картонный колпачок колдуньи или не используя коробку фокусника… Скучно жить в математике без волшебного мешочка, а на развитии речи как же не выполнить шутливую гимнастику для язычка! Любое дело не обходится у нас в группе без шуточек-прибауточек: то Волк с Козой явятся проверять, как детишки покушали, то Ежик позвонит по телефону, чтоб шалунов утихомирить, то Шахалка Болотная загадку пришлет.

…Дети – мои дети из первого выпуска – сейчас ходят в третий класс. Встречаемся иногда на улице. Улыбаются, обнимают. Мальчишка один, увидев меня зимой на горке, по старой привычке прыгнул с разбегу мне на шею – чуть в сугроб не улетели! Растут детишки! Мои! Любимые!

Любимые… Все! И торопыга Женечка, и тихоня Поленька, и добряк Илюшенька, и вредина Мишутка. Как же так? Почему они стали – любимыми? Ведь еще несколько лет назад я смотрела свысока на тех, кто работал в саду: ” Вот еще! Носы вытирать не пойду ни за что! Кто? Я?! В детский сад?? Но там же только горшками и манкой пахнет – ужас!!”

…И все же они, эти маленькие чужие детишки, стали – моими, стали – любимыми, ведь они дали мне то, что до них не могла я получить ни в одной профессии. Они вернули мне детство, подарили мне сказку!.. Маленький народ так искренне, так свободно общается! Редко встретишь взрослого, который настолько открыт миру!..

Дети подчас чувствуют тайные желания взрослых лучше нас самих… Я видела, как в парке два малыша катались на аттракционе, а их мама стояла рядышком у ворот. Когда дети вышли к ней, старший мальчик сказал : “Мамочка, я знаю, что ты тоже очень хотела покататься на этих машинках! Как жаль, что ты уже большая и не поместишься там! Давай теперь мы подождем тебя, а ты прокатишься на лебедях!”

Моя соседка уже на пенсии, но продолжает работать в детском саду. Говорит, пока рядом с тобой маленькие дети, кажется, что старость где-то далеко-далеко, и вообще не имеет к тебе лично никакого отношения.

…По какой бы программе ни работал детский сад, какими бы материалами и методической литературой ни пользовались педагоги, какой бы идеально подобранной ни была б развивающая среда в группе – дети не станут умнее, добрее и счастливее без искреннего отношения к ним. В наше время любой человек, мало-мальски знакомый с основами педагогики, знает, что игра является ведущей деятельностью, необходимым условием всестороннего развития детей и одним из основных средств их воспитания и обучения. Так играйте, играйте со своими детьми! Находите время, чтоб шутить и проказничать! Невозможно быть всегда строгим умным ментором… Ведь у каждого большого дяденьки и у каждой взрослой тетеньки есть внутри маленький ребенок, что верит в сказку, ждет Деда Мороза, иногда таскает из буфета сладости без спроса и обожает веселиться. Нужно только беречь этого счастливого малыша, не загонять его в дальний уголок души, тогда, поверьте, будет намного легче жить на белом свете, тогда больше добра станет в мире!

Я – счастливая! Я – очень счастливая, ведь у меня есть ненаглядный сын, любимый муж, дорогие родители и работа. Работа ли?.. Это мое любимое дело, то, что у меня получается лучше всего в жизни. Я очень надеюсь, что и через десять, пятнадцать и даже через двадцать лет мой внутренний ребенок будет со мной, будет подсказывать мне новые развлечения, будет сочинять со мной интересные игры, а ночью, когда я усну, снова станет показывать мне цветные сны, которые наяву я обязательно перескажу своим воспитанникам.